Бизнес идет в суд. / «Деловой центр 48.ru», сентябрь 2008 г.

Бизнес идет в суд

Сегодня арбитражные суды стали неизбежным «атрибутом» бизнеса и практически живым участником процесса. О судебной практике, а также о том, каковы тенденции в за­конодательстве, мы попросили рассказать председателя Арбитражного суда Липецкой области, Заслуженного юриста Российской Федерации Галину Дмитриевну Ролдугину.

Галина Дмитриевна, какую роль играют арбитражные суды в жизни российского бизнеса?

- Бизнес не может не признать, что судебная власть сегодня - это ключевой институт, а арбитражные суды - тем более. Ведь они призваны разрешать споры в сфере экономической и предпринимательской деятельности. Сегодня уже многие понимают, что высшую защиту в государстве обеспечивает судебная власть. Менталитет людей, особенно тех, кто занят в бизнесе, развивается в этом отношении позитивно. Об этом свидетельствует и статистика. Из года в год количество обращений в суд возрастает. Суды сегодня разрешают сложнейшие конфликты в сфере бизнеса по защите права собственности, в сфере налоговых, бюджетных правоотношений, корпоративные споры. И это, безусловно, влияет на развитие бизнеса. А зачастую вопрос стоит просто категорично: быть или не быть? Что такое выбытие из оборота десятков, сотен миллионов, или того хуже, миллиардов рублей, остановка крупной стройки, где источни­ком финансирования являются заемные средства, взятые под огромные проценты. И недооценивать роль суда в этих вопросах было бы просто неумно.

- Насколько реальна защита бизнеса в арбитражном суде?

- Я бы вообще не ставила так вопрос. Что значит защитить бизнес в суде? Правосудие в арбитражных судах осуществляется на началах равенства всех перед законом и судом. На справедливое публичное судебное разбирательство вправе рассчитывать все, кто обращается в суд. А судьи обязаны добыть истину по делу и принять законное, обоснованное и мотивированное решение. Кстати, только в Арбитражном процессуальном кодексе, в отличие от Гражданского процессуального кодекса прописано дополнительное требование к принимаемому судом решению по делу - мотивированность. Это требование международных стандартов. Ряд дел в Европейском суде по правам человека был отменен, потому что решения судов не были мотивированы. Насколько реальна защита? Этот вопрос стоит особо остро, когда споры рассматриваются с участием органов власти и управления. Вот уже на протяжении пяти лет мы ведем в суде статистику, позволяющую говорить об участии органов власти в процессах. Если вести речь об эффективности исполнительной власти, то это от 48 до 57 процентов. Если говорить об участии налоговых органов, то эта цифра гораздо ниже и составляет 44 процента. Но, говоря о защите интересов бизнеса в суде, необходимо понимать, что результат рассмотрения дела зависит от многих составляющих. Во-первых, от наличия и качества законодательной базы, которая регулирует те или иные отношения. Во-вторых, насколько разумно и добросовестно бизнес пользуется своими правами и обязанностями; насколько квалифицированно представительство в суде; квалификация специалистов на рабочих местах, с которой напрямую связано изначально грамотное оформление деловых отношений партнеров по бизнесу, и т.д. Безусловно, не последнюю роль играет и квалификация судей. Но главное - законодатель должен поспевать за развитием рыночных отношений и принятые законы должны быть качественными, не коррупционными, не лоббированными в угоду чьих-то личных интересов.

- Сейчас на страницах печати очень бурно обсуждается проект постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ «О способах защиты прав и законных интересов юридических лиц и индивидуальных предпринимателей в случае причинения им вреда со стороны государственных органов, органов местного самоуправления, а также их должностных лиц». Что Вы думаете по этому поводу?

- Да, такая проблема существует. Вы помните, насколько жестко высказался по этому вопросу Президент страны Д.А.Медведев на встрече с руководством Союза промышленников и предпринимателей? «Чиновники должны нести ответственность, если они своими действиями наносят ущерб бизнесу». О том, что существует проблема защиты бизнеса от произвола чиновников в правовой плоскости, говорилось и на совещании председателей арбитражных судов в апреле 2008 года. Решение пока не найдено, идет процесс обсуждения, в котором принимают участие и судьи нашего суда. Главные и основные моменты, которые вызвали споры при обсуждении - это возможность юридическим лицам и предпринимателям взыскивать не только материальный, но и компенсировать нематериальный вред, и не только при наличии вины. Причем, компенсация не материального вреда не ограничивается защитой деловой репутации. Сложность, с которой столкнутся суды в процессе правоприменения, заключается в том, что очень многие понятия, используемые в тексте проекта, являются оценочными и несвойственны национальному законодательству. Задача Пленума - выработать современное толкование этим понятиям и привести в соответствие с европейскими и международными стандартами.

На наш взгляд, в предложенном проекте нет четкой регламентации процессуальных подходов при рассмотрении данной категории споров. Очевидно, что нормы закона оказались не приспособлены к сегодняшним условиям развития рыночных процессов. Следует согласиться, что, наработав такую практику, мы сможем рассчитывать в бу­дущем на принятие более продуманных законов, корректно сформулированных норм и реально работающих, более совершенных институтов права. Не секрет, что именно практика рассмотрения дел в арбитражных судах всегда являлась источником законотворческой деятельности, движущим фактором развития рыночных отношений не только внутри страны, но и во внешнеэкономической де­ятельности. Но главное - это защита нарушенного права. Нельзя же отрицать того, что нарушенное право (ущерб бизнесу) подлежит судебной защите. Это конституционное требование. И оно должно быть защищено. Решение этой задачи в первую очередь должно принадлежать национальным судам, а не Европейскому суду по правам человека. Это только добавит авторитета судебной власти, власти вообще не только внутри страны, но и со стороны мирового сообщества.

- Те, кто занят в бизнесе, зачастую не обращаются в суд и предпочитают разрешать свои проблемы иным способом, в основном, по двум причинам: длительные сроки рассмотрения споров в судах и неисполнение принятых судом решений, что затрудняет развитие бизнеса. Вы с этим согласны?

- Проблема эффективности правосудия, безусловно, существует. Но мы очень серьезно работаем над этим. По итогам работы за 2007 год только 6,4 процента дел было рассмотрено с нарушением срока. Всего судом рассмотрено около 3900 дел. Это объективный показатель, который может проверить любое заинтересованное лицо. В суде внедрена программа «Судебно-арбитражное делопроизводство», которая позволяет через сеть Интернет, информационный портал в холле суда проследить прохождение любого дела в суде. Причем, следует сразу сказать, что причины нарушения сроков различны. Мы ежемесячно анализируем этот показатель по каждому судье. В большей степени это происходит по вине лиц, участвующих в деле - неподготовленность к судебным заседани­ям, ходатайства об отложении, назначении экспертиз, злоупотребление своими процессуальными правами, а также не всегда качественная работа почты. Имеют место случаи нарушения сроков отдельными судьями. В прошлом году мы дважды заслушивали судей по этому вопросу на заседании Президиума суда. Заместители председателя суда и председатели судебных составов постоянно контролируют работу судей и докладывают членам Президиума, председателю суда ежемесячно. Ни одного случая волокиты при рассмотрении дел по вине судей в ходе проверок установлено не было. Проводим разного рода организационные мероприятия, направленные на снижение этого показателя, понимая, что мы разрешаем экономические споры. Но я не могу не сказать и о том, что и законодатель нас поставил в очень жесткие рамки, определив рассмотрение дел по некоторым категориям в 10-15 дней, что бывает просто нереально по отдельным спорам. Значительной остается и нагрузка судей. В среднем судья проводит в месяц по 60-80 судебных заседаний. Причем, мы с Вами должны помнить, что, соблюдая сроки рассмот­рения дел, мы не имеем права забывать о качестве принимаемых судебных актов.

К сожалению, вопрос исполнения судебных решений не в компетенции арбитражного суда. Однако, понимая его важность, мы не остаемся в стороне от решения этой проблемы. С прошлого года мы взяли под контроль исполняемость принятых судом актов службой судебных приставов, и нашли поддержку со стороны руководства службы. Между арбитражным судом и службой судебных приставов заключено соглашение. Каждый квартал мы анализируем исполнение судебных решений. Все это способствует более четкой организации работы со стороны приставов.

- Галина Дмитриевна, у Вас очень напряженная и ответственная работа. Мне хотелось бы задать несколько личных вопросов. Как хватает сил на все это и на семью?

- Профессиональная деятельность занимает много времени, 10-12 часов ежедневно. Но ведь это мое любимое дело. В семье к этому относятся с пониманием. Мне кажется, что и домашние дела можно распределить и организовать так, что обязательно найдется время на близких и увлечения.

- Я знаю, Вы выросли в рабочей семье. Что повлияло на выбор профессии?

- Характер, жизненные принципы и ценности, которые были сформированы в семье. Родители мои были простыми людьми, добрыми и порядочными. Именно они научили нас (я была средним ребенком в семье) любить и уважать людей, быть нетерпимыми к несправедливости и подлости, неравнодушными к чужой беде и горю. Научили быть честными и принципиальными, уметь признавать свои ошибки и отвечать за поступки. Конечно, с такими принципами жить не просто. Зато можно честно смотреть людям в глаза. Опять же братья, за которыми мне приходилось присматривать в отсутствие родителей, то ли в шутку, то ли всерьез всегда говорили мне, что из меня выйдет неплохой прокурор. Так родилась мечта и появился дополнительный стимул к учебе. Когда объявила родителям о своем решении, они меня поддержали и сделали все, чтобы я получила высшее образование. Я закончила Воронежский государственный университет.

- Почему все-таки судья, а не прокурор, как Вам пророчили братья? Это же колоссальная ответственность.

- А вот здесь в большей степени заслуга не моя, а тех людей, которые оказались рядом по судьбе - педагоги, коллеги по профессии, руководители предприятий и организаций, в которых я работала, арбитры Государственного арбитража. Они скорректировали мой профессиональный выбор. Мне очень нравится то, чем я занимаюсь. Да, это сложно, трудно. Но какое огромное удовлетворение получаешь, разрешив труднейший спор. Когда просто - неинтересно. Я никогда не пожалела, что выбрала эту профессию. Почему судья экономического суда? Ну, во-первых, это закономерно, потому что до прихода в арбитражный суд у меня был тринадцатилетний стаж работы юрис­консультом. Во-вторых, арбитражные суды - динамично развивающаяся ветвь судебной власти. Мы работаем в очень жестком режиме постоянно меняющегося не только процессуального законодательства, но и законодательства материального, регулирующего экономические процессы в обществе. И там, где законодательство не успевает за развитием рыночных отношений, мы обязаны очень быстро нарабатывать судебную практику по тем или иным проблемам и восполнять пробелы в законах. И здесь уже законодатель, опираясь на нашу практику, призван совершенствовать действующие правовые нормы.

- Спасибо, Галина Дмитриевна, за интервью.

Вопросы задавал Алексей САМСОНОВ