Примирение – сохранение партнёрских отношений

14 мая 2010 года в первом чтении приняли проект закона «Об альтернативной процедуре урегулирования споров с участием посредника (процедуре медиации)». Цель законопроекта – создание правовых условий для развития в Российской Федерации альтернативных (неюрисдикционных) способов урегулирования споров при участии независимых лиц — медиаторов, осуществляющих свою деятельность профессионально.

 В нашей стране одними из первых идею примирения стали культивировать арбитражные суды. Это обусловлено тем, что применение процедуры медиации возможно лишь к спорам, возникающим из гражданских правоотношений. Поэтому о роли и значении примирительных процедур, а также о грядущих переменах в обществе и в судебной системе в связи с принятием нового закона мы беседуем с председателем Арбитражного суда Липецкой области Галиной Дмитриевной Ролдугиной.

- Галина Дмитриевна, как может измениться практика разрешения экономических споров в арбитражных судах после принятия закона  примирительных процедурах?

- В первую очередь должно снизиться количество обращений в арбитражные суды. В Самаре на ежегодном итоговом совещании председателей арбитражных судов Российской Федерации отмечалось, что 2009 год был тяжелейшим для нашей системы за последние 15 лет. Рассчитывать на то, что станет легче – сложно. В финансовом кризисе кроется основная причина такой нагрузки на суды. В некоторых крупных судах она составила 109 дел на судью в месяц. Для примера могу сказать, что судьями только Арбитражного суда города Москвы рассматривается в год дел больше, чем Высшим Хозяйственным Судом Республики Беларусь.

Но есть и положительные моменты, влияющие на ежегодное увеличение количества обращений в суд. Здесь следует сказать о доверии общества к судам и в определённой степени о зрелости современного общества. Юридические лица сегодня готовы решать споры именно цивилизованным способом – в арбитражных судах.

- Как может повлиять возросший объём обращений на деятельность суда?

- Запредельная нагрузка может отрицательно сказаться и на качестве принимаемых решений, и на сроках судебного разбирательства. Это в принципе недопустимо, ведь арбитражные суды в последнее время очень многое сделали именно для того, чтобы дела рассматривались в судах в разумные сроки, без волокиты и на достаточно высоком уровне. Суд для людей – это последняя надежда. Но при существующей нагрузке он не всегда получается скорым, а значит, и недешевым, особенно для участников арбитражного процесса.

Но самая серьёзная опасность – снижение качества отправления правосудия при такой нагрузке. Появляются и негативные нотки в оценке деятельности судов. Тем более раздражение и недоверие к судам усугубляется, если их решения не исполняются. Именно эта стадия судопроизводства, хотя она не в системе судебной власти, очень серьёзно снижает эффективность реализации права на судебную защиту. К чему приводит неверие в реальное исполнение судебных актов? По нашим данным, только 57 процентов исполнительных листов, выданных по принятым Арбитражным судом Липецкой области решениям, предъявляются в службу судебных приставов.

Кроме всего прочего, проблему нагрузки может усугубить и ситуация, складывающаяся в связи с принятием закона о банкротстве физических лиц. Это добавит судам около одного миллиона дел.

- Каким образом можно выйти из столь непростой ситуации? 

- Выход один – разрабатывать механизмы, способные облегчить эту колоссальную нагрузку. И на совещании в Самаре в своём выступлении председатель Высшего Арбитражного Суда РФ Антон Александрович Иванов уже обозначил конкретные шаги в этом направлении: снижение количества дел, доходящих до арбитражных судов, расширение сферы применения упрощённого производства по отдельным категориям дел, внедрение в судебный процесс новых технологий. Глава ведомства предложил продолжить оптимизацию работы арбитражных судов. В первую очередь, с помощью досудебного урегулирования и внедрения системы медиации (посредничества).

- Медиация – новый институт для нашего общества. Вы полагаете, что сегодняшний уровень правового сознания даст возможность состояться такому способу урегулирования разногласий?

- В один момент ситуацию не изменишь, это понятно. Чтобы новая система прижилась, нужно время. Давайте вспомним: восемнадцать лет назад наше общество совершенно не было готово обращаться в суд. Сейчас всё по-другому. Граждане, предприниматели, юридические лица часто идут за разрешением конфликтов именно в суд. В связи с принятием закона о медиации предстоит очень большая и кропотливая работа. Но у нас нет иного выхода, только так мы сможем снизить чудовищную нагрузку на суды. Чтобы юридические лица и предприниматели начали обращаться за помощью не к профессиональным судьям, а к посредникам, нужны определённые стимулы, прямая заинтересованность. Самый важный момент для потенциальных участников арбитражных процессов – примирительные процедуры позволяют решить не только вчерашние, но, в первую очередь, будущие проблемы. Речь идёт о сохранении деловых, партнёрских отношений, а зачастую и личных, человеческих. А это дорогого стоит. Мы надеемся, что новый институт поможет решить проблему деловой и корпоративной этики во многих отраслях, и в первую очередь – в строительстве, энергетике.

Кроме того, медиация гораздо дешевле и быстрее, чем рассмотрение дел в судах. И ещё есть одно важное преимущество по отношению к судебному разбирательству – это принцип конфиденциальности. В отличие от принципов гласности и открытости правосудия он позволяет сохранить деловую репутацию. Ведь не секрет, что для дальновидного и мудрого бизнесмена самая надёжная форма капитала – его доброе имя. Это вполне соотносится с российской ментальностью «не выносить сор из избы». Да и мировая практика свидетельствует о том, что медиация привлекательна как для судей, так и для бизнеса. В странах, где этот институт работает, во внесудебном порядке рассматривается до 80 процентов споров.

- Бытует мнение, что в экономических спорах нет места эмоциям. Суды ориентируются в первую очередь на закон и судебную практику?

- Действительно, рассматривая спор, арбитражные суды опираются на букву закона и на судебную практику. Но в то же время ряд статей АПК РФ прямо предписывает судьям принимать меры, направленные на примирение сторон. А этого результата без убеждения и даже без «эмоций» достичь невозможно. Порой довольно сложно прийти к компромиссу при рассмотрении спора, привести стороны к заключению мирового соглашения.

Если говорить о новой фигуре процесса – посредник должен быть не только специалистом в отношении предмета спора, но и отличным психологом – тонко чувствовать, где и как сориентировать стороны в нужном направлении, чтобы возродить доверие и наладить взаимоотношение между ними.

- Но, согласитесь, есть риск неисполнения принятых сторонами решений. Ведь не секрет, что заключённые даже в рамках судебного разбирательства мировые соглашения зачастую не исполняются добровольно? А время уже упущено…

- На первых этапах развития института медиации это может происходить. Но когда стороны поймут, что такое заключение для них выгоднее, чем решение суда, я думаю, случаи неисполнения станут единичными. Здесь нет никакой опасности для спорящих, ведь они могут прекратить процедуру в любой момент. И право на судебную защиту у них остаётся. Более того, законодатель в качестве гарантии развития этого института предусмотрел приостановление срока исковой давности для обращения в суд. Это очень серьёзный стимул. Кроме того, есть несколько форм проведения медиации: внесудебная, о которой мы говорили выше, а также досудебная и при суде. Даже если стороны в результате процедуры медиации не пришли к совместному решению, то проведённая подготовка в рамках этой процедуры позволит ускорить и повлиять на качество принимаемого судебного акта. Обращаясь в суд, стороны не застрахованы от отрицательного результата. Всегда есть риск, что нарушенное право не будет восстановлено. Разрешая конфликт с помощью медиатора, возможность вынесения неожиданного и неблагоприятного для одной из сторон решения по спору исключена. А значит, и возрастает вероятность исполнения такого решения.

- Что нужно предпринять для того, чтобы закон о посредничестве заработал?

- Необходимо, чтобы значимость функционирования института посредничества нашла своё понимание в обществе, бизнесе, на уровне законодательной и исполнительной власти. Именно такой подход дал свои положительные результаты в Республике Беларусь. На мой взгляд, сейчас есть две самые сложные проблемы, которые нужно решить, чтобы институт посредничества заработал. Первая – это понимание в обществе значения и роли медиации, что невозможно сделать без повышения уровня правового сознания общества. Вторая – нужны хорошие медиаторы с адекватным обучением, чтобы они не дискредитировали институт посредничества. Важно, чтобы они не только знали и понимали закон, но и материю бизнес-споров.

- Галина Дмитриевна, с чего же начать эту сложную работу, чтобы успешно справиться с перечисленными проблемами?

- Учитывая, что правосознание российского общества не готово к реализации этой формы разрешения конфликтов, то в первую очередь необходимо активно внедрять судебную медиацию, бесплатную медиацию.

Если мы сообща с этими проблемами справимся, то арбитражные суды будут разгружены, что, безусловно, скажется и на качестве отправления правосудия, и на сроках судебного разбирательства. У судов появится возможность разрешать по-настоящему профессиональные споры, не отвлекаясь на поток менее сложных дел и не превращая суды в конвейер. Это снизит нагрузку на службу судебных приставов и, как следствие, исполняемость судебных решений возрастёт в разы. Значит, есть уверенность, что правосудие будет более эффективным.

Источник: "Липецкая газета: Итоги недели"

Опубликовано: 19.03.2012 11:57 Обновлено: 19.05.2023 11:27